Можно ли представить русский авангард без кино? Это был не просто новый вид искусства, а главная лаборатория по созданию визуального языка революции. Русское кино 1920-х годов не просто вошло в историю мирового кинематографа — оно её переписало. Работы Сергея Эйзенштейна, Дзиги Вертова и Льва Кулешова стали азбукой для режиссёров всего мира, а «Броненосец Потёмкин» превратился в вечную икону и объект бесконечных цитат.
На лекции мы разберёмся, как теоретики и практики советского кино за несколько лет изобрели универсальную грамматику экранного искусства, основанную на монтаже, ритме и поиске новой реальности.
На лекции мы поговорим
- Монтаж как философия: почему авангардисты считали, что смысл рождается не в кадре, а на стыке кадров. «Эффект Кулешова» и теория «монтажа аттракционов» Эйзенштейна
- Киноглаз против театра: манифест Дзиги Вертова и его группы «Киноки». Как камера, «более совершенная, чем человеческий глаз», училась ловить «жизнь врасплох»
- Типаж вместо актёра: отказ от профессионалов в пользу «лица эпохи» — рабочего, крестьянина, красноармейца
- Титаны и их методы:
- Сергей Эйзенштейн — от «Стачки» и «Броненосца „Потёмкин“» до запрещённого «Бежина луга». Архитектор эпического кино.
- Дзига Вертов — поэт документальной реальности, автор «Человека с киноаппаратом».
- Лев Кулешов — первый учитель, экспериментатор и первооткрыватель психологии монтажа.
- Всеволод Пудовкин — мастер «монтажа по Пудовкину», создатель «Матери» и новатор в использовании замедленной съёмки и нелинейного повествования.
- ФЭКС («Фабрика эксцентрического актёра»): как Григорий Козинцев и Леонид Трауберг создали в Петрограде уникальную кино-театральную лабораторию, воспитавшую плеяду звёзд.
Присоединяйтесь, чтобы понять, как за десять лет в разрушенной стране было создано кино, которое навсегда изменило оптику всего мирового кинематографа и доказало, что революция может совершаться не только на улицах, но и в монтажной.
